Для банков настала эпоха радикальных перемен

Это соединено с недостаточно высочайшим уровнем проникания прорывных нововведений в отраслевую практику

Для банков настала эпоха радикальных перемен

Денежной отрасли в не далеком будущем предстоит пройти через катигоричные преобразования. Это вызвано необходимостью преодоления текущих структурных заморочек и соединено с недостаточно высочайшим уровнем проникания прорывных нововведений в отраслевую практику. О этом говорится в исследовании компании Accenture Disruptability Index 2019.

Исследование оценивает уровень восприимчивости разных отраслей экономики к конструктивным преобразованиям под воздействием прорывных технологий (disruptive technologies), и на каком шаге актуального цикла они находятся на этот момент времени. В определенной отрасли оцениваются причины, действующие на «прорывной индекс» отрасли: количество инноваторских компаний, проникновение стартапов и уровень венчурного финансирования. Также индекс указывает восприимчивость отрасли к будущим прорывным технологиям: как отлично управляются компании отрасли, как менеджмент отраслевых компаний стремится к инновациям и понимает их значимость, какие входные барьеры препятствуют инноваторскому развитию отрасли.

Как показало исследование, банки, страховые компании и игроки на рынках капитала вступают сейчас в фазу кардинальных конфигураций, показывая показатель индекса в спектре от 0,7 до 0,8 при медиане для совокупы отраслей в 0,57. Принципиально отметить, что эти характеристики поменялись по сопоставлению с цифрами прошедшего года: тогда банковская ветвь демонстрировала индекс от 0,6 до 0,7 – таковым образом, за год восприимчивость отрасли к инновациям существенно выросла, компании отрасли равномерно перебегают на последующий шаг актуального цикла.

Из 10 тыс. проанализированных компаний 71% или испытывают суровые препядствия из-за новейших технологических вызовов, или уже занимаются их решением. От удачной реализации стратегий развития, связанных с прорывными технологиями, сейчас так либо по другому зависит судьба компаний с общей капитализацией в $41 трлн.

Банки и финансовая ветвь пришли к необходимости резких перемен из-за парадокса «цифровой компрессии»: сокращению доходности бизнеса из-за воздействия технологий, сразу с давлением регуляторных конфигураций и конкурентнстью со стороны финтех- и бигтех- игроков.

Средний уровень транзакционных комиссий в отрасли понижается – комиссионные в качестве компенсации за эксклюзивную экспертизу либо за трудозатратный административный процесс утрачивают свою обоснованность. На главных глобальных рынках с начала денежного кризиса 2007 года ушла третья часть банков – возникновение новейших, в том числе нелицензированных, игроков не компенсировало этот отток. Так, лишь за прошедший год в Европе закончили работу 330 банков, 5% всего сектора. При всем этом данный тренд обрисовывает не только лишь объединение рынка, да и общее сокращение его размеров.

В США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) пока что это выражается лишь в отсутствии роста, но в Европе тренд угрожает привести к потере 30% от текущего размера выручки сектора от обычных товаров. Воздействие на это оказывают деяния регуляторов, такие как PSD2 (2-ая директива о платежных услугах в ЕС, направленная на увеличение конкуренции в банковской сфере) либо Open Banking в Англии, и тренд в сторону фрагментации и расслоения банковского бизнеса на наиболее специализированных игроков. Интегрируясь друг в друга, они выстраивают и развивают наиболее продуктивные цепочки сотворения ценности для клиента.

В мире ситуация в денежной сфере развивается по разным сценариям – мы смотрим три главных пути: путь Китая, где технологические гиганты одержали верх над банками, путь развитых банковских рынков, как в Канаде либо Австралии, где банки употребляют свои устойчивые позиции для сотворения экосистем вокруг клиентов для получения новейших доходов за рамками денежного сектора, также путь «открытого рынка», примером которого является Англия, где из-за внедрения регулирования Open Banking на данный момент происходит весьма активное развитие рынка с ролью новейших финтех-игроков и обычных банков.

В Рф и Казахстане с учетом конкурентноспособного и очень технологически продвинутого банковского рынка даже при бдительном регулировании сценарий Китая не угрожает. Напротив, мы лицезреем примеры «Сбербанка», «Тинькофф», «Халык Банка», Kaspi, которые интенсивно развивают экосистемы и сами приходят в обычно небанковские сегменты бизнеса. Также необходимо отметить инициативу казахстанского МФЦА по построению денежного маркетплейса, которая обязана привести к увеличению конкурентности на финансовом рынке страны и повысить доступность денежных товаров для населения.

1-ая и самая тривиальная бизнес-модель для банков в disrupt-перспективе – «давайте созодать все для клиента в digital», теория «Цифровой индивидуальный менеджер». Ее развитие – выход за рамки банковского бизнеса и перевоплощение в экосистемного игрока.

2-ой сценарий: сосредоточиться на кое-чем одном – «давайте будем наилучшими в данной для нас области». Этот подход охарактеризовывает цифровых категорийных игроков (так именуемых цифровых банков-монолайнеров).

3-ий сценарий: отказ от реализации банковских товаров и услуг впрямую клиентам, в пользу реализации сервисов для партнеров – модель «поставщика услуг» для остальных организаций («utility player»), которая подступает для определенного типа игроков.

В конце концов, 4-ая модель: платформа по агрегации животрепещущих товаров, денежных либо нефинансовых. Самый большой схожий игрок сейчас – Alibaba cо собственной денежной экосистемой Ant Financials.

Вне зависимости от выбора в пользу хоть какой из этих моделей создать его придется в любом cлучае, так как больший удар придется на те банки, которые сейчас отстают в цифровой гонке и не успевают осваивать новейшие источники дохода на фоне быстрых конфигураций в отрасли.

Современным игрокам в денежной отрасли остается лишь изменяться. Снаружи эти конфигурации могут смотреться как естественная эволюция, но на практике для большинства компаний они больше походят на революцию. Для банков, которые желают соперничать за клиента в цифровой гонке, принципиально сконцентрироваться на последующих свойствах «банка грядущего»: расширенная омниканальность, персонализация в настоящем времени, переходе от предложения денежных товаров к гарантиям соблюдения интересов клиента в управлении его средствами, фокус на завоевание доверия клиента в наставлениях и советах по денежным вопросцам и выстраивание экосистем с партнерами.

С учетом растущей трудности бизнеса банкам, страховщикам и денежным институтам нужно оперативно обучаться зарабатывать средства в критериях экономики экосистем. К примеру, сейчас для денежных компаний новенькими продуктами стают API, которые потребляют партнеры и финтех-игроки. Это просит совершенно другого подхода к монетизации, так как клиентами выступают не только лишь конечные потребители-физлица либо b2b-клиенты, но партнеры по экосистеме и общества разрабов.

Мария Гусева, директор управленческого консалтинга для денежного сектора Accenture

Оцените статью
Добавить комментарий

"24 -." , ., , 050012 . , 280 405
info@alb24.kz
+7 (705) 374-66-44