300 тыс. тенге — средний чек у беззалоговых заёмщиков в Казахстане

В течение пары лет банкам придется сменить обычные бизнес-модели

Казахстанские банки привыкают работать в непривычных для себя условиях изменения операционной среды. Длится отток депозитов, принципиального источника фондирования. Размеренное укрепление доллара против государственной валюты, когда по итогам 2018 средневзвешенный биржевой курс вырос с 333,4 до 381,2 тенге и продолжает оставаться на данной позиции, подбираясь периодически к уровню 390, волнует вкладчиков. Но банкам нечем на это ответить. Предельные ставки по срочным денежным депозитам для физических лиц составляют 1%, в действительности вознаграждение еще ниже: 0,4–0,5%. Для юридических лиц ставки практически такие же, и экспортеры оставляют заработанную валюту за рубежом. За прошедший год денежные депозиты корпоративного сектора ужались на 400 миллиардов тенге, а с начала этого года отток удвоился – до 830 миллиардов тенге. В целом с января 2018 по январь 2019 база срочных вкладов БВУ сократилась с 11,7 трлн до 11,2 трлн тенге и еще до 11 трлн на начало июня.

Непостоянность депозитной базы фондирования – одна из обстоятельств, по которой все большее число банков уходит в короткое потребительское кредитование. Иными стимулами можно именовать высшую маржинальность этого направления (даже с учетом высочайшей степени риска) и тот факт, что банки научились верно выдавать кредиты. Современные скоринговые системы разрешают оценить риск-профиль клиента и отлично предвещают его выход на просрочку. Как следствие, потребительское кредитование вырастает ударными темпами и на начало 2019 года составило четверть всех банковских займов. К июню его часть достигнула 28% совокупного ссудного ранца. Предпосылкой послужили два фактора: сокращение размеров кредитования МСБ и корпоративного сектора, а также продолжающийся прирост займов в потребительском секторе.

Необходимо подчеркнуть, что рост потребкредитов вызвал в экспертной среде споры относительно надувания в секторе кредитного пузыря. И, похоже, дискуссия метит в лидеров рынка. Банкам, не входящим в круг основных кредиторов, тяжело туда попасть из-за очень большой конкуренции. К тому же кредитная масса, которую могут переработать банки и Казахстан в целом, ограничена численностью населения и его доходами. Если какой-то из банков, при условии, что у него не все отлично с денежным положением, замедлит темпы кредитования, это повлечет для него определенные трудности. Чего же, может быть, и достигают зачинатели упомянутой дискуссии.

Принципиально также то, что она проходит на фоне схлопывания банковской системы. За крайнее время прошли две большие сделки по слиянию банков: Казкома и Народного, а также Цеснабанка и FirstHeartland Bank. На очереди объявленное слияние еще 3-х банков, которое никак не может закончиться. Специалисты говорят про непонятное будущее как минимум 3-х средних банков, и все с нетерпением ожидают итогов оценки свойства активов БВУ, которое проводит Нацбанк.

Директор аналитической группы по денежным организациям Fitch Ratings Дмитрий Васильев считает, что волноваться насчет надувания потребительского пузыря еще рано.

— В 2018 розничный кредитный портфель банковского сектора вырос на 17% с упором на беззалоговое нецелевое потребительское кредитование, и мы ожидаем сохранения темпов роста на уровне около 15% в 2019. Мы отмечаем, что в крайние пару лет темпы роста розничного кредитования опережали темпы роста номинальных доходов населения. На данном шаге это не вызывает у нас значимой обеспокоенности, с учетом эффекта роста с низкой базы и продолжающегося притока новейших заемщиков в систему. Проникновение розничных кредитов также остается низким (розничный кредитный портфель составил около 9% от валового внутреннего продукта на конец 2018), другими словами место для предстоящего роста еще есть. Свойство активов в рознице остается неплохим, а ставки – высочайшими и полностью покрывают кредитные опасности. Но, если в течение еще пары лет розничное кредитование будет расти значительно резвее доходов населения, это может привести к перегреву рынка, – считает Васильев.

Председатель наблюдательного совета Первого кредитного бюро (ПКБ) Руслан Омаров говорит, что рост потребительского кредитования не был неожиданным, набирал темпы в течение 5 лет и обоснован потребностью населения:

— Я не думаю, что закредитованность на данный момент такая высокая. Аналитические выкладки ПКБ демонстрируют, что среднее количество кредитов на человека за практически три года не очень подросло: 1,79 на начало июля 2019 против 1,44 на начало 2017. Средний кредитный чек вырастает не кардинально. С учетом того, что средняя заработная плата официально в Казахстане составляет 150 тыс. тенге, а средний чек у большинства (больше 80% заемщиков беззалогового кредитования) не превосходит 300 тыс. тенге.

Еще одним вызовом для казахстанских банков стало понижение роли банковского сектора в экономике страны. Согласно обзору экономики за май 2019 года, представленному Нацбанком, в январе – мае инвестиции в главный капитал составили 3,9 миллиардов тенге и по сопоставлению с аналогичным периодом 2018 выросли на 7,8%. Основным источником инвестиций как и раньше остаются собственные средства компаний – 85,2%. Заемные средства, в том числе кредиты зарубежных банков, составили 1,7%. Для сопоставления: в январе 2019 структура инвестиций по источникам была другой. Собственные средства хозяйствующих субъектов составляли 73,1%, а кредитные средства, в том числе зарубежных банков, достигали 7%.

Опрос компаний настоящего сектора, а это 23 больших и 18 малых компаний, проводимый Нацбанком, показал, что в первом квартале 2019 только 20% опрошенных обратились в банк за кредитом, а 17,2% получили кредит. При всем этом оценки компаний относительно ценовых (уровень ставок по кредиту, размер доп комиссий) и неценовых (наибольший размер и срок кредита, требования к денежному состоянию заемщика, к обеспечению) критерий кредитования остаются негативными. Хотя количество компаний, отмечающих ухудшение этих критерий, равномерно понижается. Средние процентные ставки по кредитам в тенге, приобретенным участниками мониторинга, снизились и составили 12,6%; по кредитам в инвалюте, напротив, отмечается маленькое повышение – до 6,9%. Тогда как применимая для компаний процентная ставка по кредитам в тенге составляет 7,1%, по кредитам в инвалюте – 3,1%.

— Кредитование юридических лиц фактически не вырастает. В 2018 рост корпоративного ранца, скорректированный на движение денежных курсов, ликвидацию нескольких маленьких банков и выкуп проблемных активов, у Цеснабанка составил только 1%. Мы ожидаем, что темпы роста корпоративного ранца сохранятся на самом маленьком уровне в 2019. Феноминально, но уровень кредитного риска по корпоративным кредитам в Казахстане выше, чем по розничным, из-за наиболее высокой концентрации, часто низкой денежной прозрачности корпоративных заемщиков и упора банков на проектное финансирование, а не на обратное кредитование, – объясняет ситуацию Васильев. – Количество высококлассных корпоративных заемщиков в экономике ограничено, и они кредитуются в более больших банках либо за рубежом по более низким ставкам. При всем этом банки предпочитают выдавать более гранулированные розничные кредиты с предсказуемым уровнем кредитного риска и по наиболее высочайшим ставкам по отношению к большим корпоративным кредитам по низким ставкам.

В крайние годы – и это очередной не очень приятный для банков фактор – финансирование экономики идет за счет госпрограмм, число которых, судя по всему, слабо контролируется, и они уже начинают соперничать друг с другом. Под занавес 2018 Нацбанк приступил к реализации Программы льготного кредитования приоритетных отраслей экономики, в рамках которой банкам предоставили долгосрочное фондирование на сумму 600 миллиардов тенге. На конец июня в программе участвовали 10 банков. Ими принято 146 заявок на сумму 130,1 миллиардов тенге, из которых одобрено 69 проектов на сумму 33,8 миллиардов тенге и выдано 38 займов на сумму 18,5 миллиардов. Как видно, банки консервативны в оценке кредитоспособности заемщиков и не желают рисковать средствами, выданными государством на возвратимой базе. Интересно, что согласно обзору Нацбанка по экономике за май 2019, который Forbes Kazakhstan цитировал выше, часть экономных средств в инвестициях в главный капитал понижается с начала года – с 12% в январе до 8,7% в мае.

Специалисты считают, что будущее казахстанских банков все-же соединено с кредитованием, а не с другими, к примеру транзакционными, услугами и цифровыми сервисами, которые будут выступать как логичный апгрейд банковского бизнеса. Для роста кредитования нужен расцвет экономики в целом и МСБ в частности. Без мощного МСБ банкам просто не на чем будет зарабатывать. И тут, естественно, следует находить соглашение между банковским кредитованием и госпрограммами.

— Вопрос глобальный: куда мы, как правительство, движемся? Муниципальный капитализм либо рыночная экономика? Если 1-ое – у нас есть национальные холдинги, которым, по сущности, не требуется местное финансирование, они могут без помощи других финансировать все свои и не только лишь потребности. Если 2-ое – обязано произойти кардинальное изменение в векторе движения. И мы должны начать процессы по обучению людей основам предпринимательства, выявить проблемные болевые точки в экономике. К примеру, отсутствие местного производства либо переработки чего-либо – как пример, наличие незагруженных мукомольных комплексов и очередь наших производителей на комплексы в иной стране. В свое время сиим занимался Госплан, и у нас тоже нужно провести анализ мощных и слабеньких сторон. Через университеты развития поддерживать, провоцировать, субсидировать МСБ в этом направлении. Рыночные банковские ставки непосильны для МСБ. Нет залогов, и бизнесу приходится находить финансирование за счет госпрограмм. Муниципальные университеты развития важны для становления МСБ. Компании, которые стают на ноги, «выстреливают», равномерно перебегают на работу с банками. Устойчивые компании могут потянуть ставки, которые на данном шаге дают банки. Если желаем жить за счет сервиса и производства, нужно перестраивать экономику и осознавать, что зарабатывать можно на МСБ, как во всем мире, – убежден Омаров.

Он считает, что банки напрасно сетуют, что университеты развития перехватывают их клиентов. Ведь ИР работают через банки-операторы и дают им возможность нарастить клиентскую базу и заработать. Банки в свою очередь должны включаться в процесс и начать консультировать клиента – как верно вести бизнес, как масштабировать его и не разориться. Им следует развивать консалтинговое направление бизнеса, хоть оно и не профильное для них. Не все клиенты, приходящие в университеты развития, могут вести бухучет, планировать бизнес. Задача банка, ИР и страны состоит в том, чтоб МСБ рос и развивался.

— Постоянно говорят – взращивай клиента. Даже если клиент пришел на рассчетно-кассовое сервис, его можно вырастить до уровня, когда ему потребуются средства на масштабирование бизнеса. Все зависит от стратегии банка, – резюмирует Омаров.

Судя по экспертным мнениям, которых на данный момент предостаточно в СМИ и соцсетях, банки вряд ли возвратятся к модели бизнеса, построенной на том, чтоб занять дешевые средства в одном месте, передать их в рост и жить на проценты от прибыли. Но консалтинг – наиболее длинный и трудозатратный вид заработка, чем, допустим, инвестиции в короткосрочные обязательства Нацбанка. Тем не менее, если банки не сумеют перестроиться и стать для клиента больше, чем посредник в передаче чужих заемных средств, они навечно могут утратить инициативу во отношениях с МСБ на кредитном рынке.

Оцените статью
"24 -." , ., , 050012 . , 280 405
info@alb24.kz
+7 (705) 374-66-44